управляла этим заведением. Она была из восточного Чикаго. Припоминаешь?
Восточный Чикаго не был частью Чикаго, это уже городок в Индиане. Время от времени моя работа заносила меня туда.
Барни огляделся вокруг, проверяя, не возвращается ли Перл.
– Но мы не пошли наверх с этими девицами, не так ли? – спросил он.
– Мы попытались это сделать, но оба были здорово пьяны.
– О Господи, если репортеры пронюхают об этом, я подмочу свою репутацию.
– Репортеры не напечатают ничего, что могло бы бросить тень на твое тошнотворно чистое имя, ты, маленький шмук. Тогда ты отключился и Анна – так звали ту красотку, что управляла заведением, – уложила тебя баиньки.
Он кивнул, припоминая что-то.
– А что было с тобой, Нат?
– Со мной? – переспросил я. – Тоже был пьян. Но я все же поднялся наверх с одной из девушек.
Мимо проплыла Полли в объятиях своего спутника.
– С этой? – спросил он. Я кивнул.
– Ну, парень, – протянул Барни.
Вернулась Перл, и они направились танцевать. А девушка в бело-розовом и мужчина в золотых очках собрались уходить.
Я последовал за ними.
Они взяли такси, и я тоже, скрипнув зубами. Расходы неудержимо сокращали мой пятидесятидолларовый аванс, и я злился.
Я не знал, что меня смущало больше: то, что женушка моего клиента – разъездного торговца была проституткой, возможно, экс-проституткой, или что я однажды трахнул ее. И это мне тогда очень понравилось.

5

Вернувшись в Аптаун, Полли и ее дружок отпустили такси на углу Вильсон и Мельден и прошли пешком полквартала до отеля «Мельден Плаза». Его четырехэтажное здание выглядело более современно, чем соседние Дома, украшенные витиеватыми портиками и другими архитектурными излишествами. Отель был зажат между двумя старомодно украшенными зданиями, и его фасад был несколько углублен в сторону от проезжей части.
Держа в руке свой серый пиджак, щеголеватый кавалер Полли распахнул перед ней входную дверь, и они вошли внутрь.
Мое такси проехало дальше, и я вышел возле кладбища Святого Бонифация. Мельден была странной маленькой улицей и тянулась на какие-то жалкие четыре квартала, соединяя два кладбища. Второе – кладбище Земли Милосердной было заполнено роскошными склепами знаменитых умерших чикагцев. Кстати, именно здесь покоился известный американский изобретатель Джордж Пульман в свинцовом гробу под бетоном и сталью. Я прошел вдоль этой маленькой улицы, чьи начало и конец упирались в могилы,