нее. - Мы наново рожденные святым духом и больше не принадлежим этому миру. Мы уже стали божьими людьми, и он - наш господин. Нам теперь не может быть никакого осуждения в этом мире. Будь с нами, Мария! Господь и тебе даст прощение греха, и ты тоже придешь в новую жизнь, найдешь новое рождение...
- Испытаешь обряд огненного крещения, - добавил Лагута, наливая в рюмку разбавленного спирта. - Коль ты уже явилась сюда, значит, бог направлял твои стопы и ты тоже выделена из стада.
Мария отодвинула поставленную перед ней рюмку. Но Лагута упрямо возвратил ее на место.
- Исполняй божью волю во всем, - произнес он уже непослушным языком. - А волю его скажем. Мы с ним сейчас говорили, и ты будешь с ним говорить... - И вдруг, повернувшись к Савенко, воскликнул: - А как хороша, брат Михайло, наша Мария, как роза господняя! Хотя и хромуля...
Мария попыталась встать из-за стола, но брат Михайло взял ее за голову и, сжимая пальцами щеки, попробовал силой открыть рот. Вырываясь, Мария повернулась к Лагуте и простонала:
- Брат Петро, что же это? Что же это?..
Но Лагута промолчал. Только продолговатые лисьи глаза еще больше сузились. Наконец она услышала его голос. Но не в свою защиту.
- По воле святого духа...
- Не простится это вам! - успела крикнуть Мария и поперхнулась жгучая горечь перехватила дыхание. Она тяжело закашлялась, еле передохнула и, ничего не соображая, конвульсивно хватала ртом воздух. Слезы брызнули из глаз.
Сильные руки брата Михайла расслабились и отпустили ее.
Мария опьянела, стало нестерпимо жарко, неприятно кружилась голова, перед глазами плыли стол, бутылки, тарелки...
Она еще раз попробовала подняться и, хотя уже никто ее не держал, не смогла.
- Вот так будет лучше, - услышала над собой чей-то голос и не поняла, кому из двух "братьев" он принадлежит. - Отныне мужу своему ты будешь не женой во браке, а сестрой, без греха... Христова любовь подымет тебя до бога. Иисус Христос сошел на меня и сказал: "Чадо божье не от крови, не от желания плоти, не от желания мужа, но от бога рождается..." Будет и тебе дитя не греховное, а божье...
Мария, уже не владея собой, пьяно улыбнулась.
- Иисус, сойдя, сказал, - продолжал Лагута, опустив сильную руку ей на плечо, - грехом грех уничтожьте, и ты должна сейчас подчиниться брату Михайлу, ибо он в грех впадет не по своей воле, не по желанию плоти, а по воле святого духа...
При этих словах