- Вот так бы давно, Самсонов, - с облегчением вздохнул Бублейников. Стало быть, признаетесь, что пошли грабить.
- Но мы ничего не сделали. Даже в дом не вошли. Я пальцем никого не тронул - клянусь! А утром Длинный говорит...
- Называйте подлинную фамилию, - перебил Клоуна капитан Вегер, уже дважды по ошибке вписавший в протокол кличку.
- А утром, - повторил Клоун, - Длинный, то есть Кравцов, говорит: "Давай сматываться - вдову укокошили!" Я ее не душил, не резал, зачем же мне отвечать?!
- Расскажите по порядку.
- Что говорить? С чего начинать?
- Начните с вечера.
- Были мы у Длинного, то есть, извините, у Жеки Кравцова, в карты играли, в очко. Потом пошли. Мы еще раньше договорились, что пойдем к вдове.
- В котором часу вы там были, у ее дома?
- Точно не скажу. Что-то около часа ночи. Пошли, значит, пришли...
Клоун говорил теперь, не останавливаясь, и капитан Вегер едва успевал записывать показания.
- Никого не встретили по дороге?
- Какая-то парочка на углу стояла. Под деревом, недалеко от дома. А может, еще кто-то был. Не присматривался.
- Дальше.
- Перелезли через забор.
- Ничего вас там не удивило, во дворе?
- Нет, - пожал плечами Самсонов.
- Как же вас собака не покусала? У Иллеш волк - не собака.
- А собака в сарае была заперта, оттуда и лаяла. Да так глухо, как из-под земли. Мы удивились с Длинным, а потом обрадовались. Можно еще папироску? Два дня не курил - уши опухли.
- Берите, - сказал Коваль, - и рассказывайте.
Клоун разговорился, оживился, выпрямился - словно с каждым словом сбрасывал камень с души.
- Ну, подошли тихонько к двери, - продолжал он. - А за дверью возня какая-то, кто-то шороху дает, а кто-то хрипит, словно душат его.
- Отчетливо слышали хрипение? - с сомнением переспросил Вегер, перестав писать.
- Сначала подумали, что показалось. Нервы все-таки. А потом слышим еще и еще! Да так страшно, что мы - назад. И смотались.
- Ах ты, какие пугливые, боже ты мой! - проворчал майор Бублейников. - Перепугались, бедные, - и концы в воду.
- Когда назад лезли - я как раз на заборе был, - там кто-то закричал, да так, что у меня мурашки по телу забегали. Даже сейчас, как вспомню, съежился Клоун, - плохо делается.
- Так сразу и бросились назад? - переспросил Коваль.
Клоун кивнул.
- И не заинтересовались, что там делается, в доме?
- Длинный сказал: "Тут мокрое дело..." Кто-то нас опередил.
-