одном вокзале и садимся в один и тот же поезд. Не мешкайте же и вы, Павел Амвросиевич, смотрите, как бы не опоздать к третьему звонку! А коли вы такой уж педант, то считайте, что имеете дело с народно-революционной организацией под романтическим названием "Комитет "Не горюй!".
- Слышал о таком. Но...
- Ну, смелее! Не бойтесь! Слышали как о банде? Да? Но это не банда. Это хотя и небольшая, но решительная и смелая народная организация. Сожалею, что в темноте не имею возможности отрекомендовать вам господина Гущака, который ее представляет.
Из угла комнаты послышалось легкое покашливание, которое должно было удостоверить, что представитель "Комитета" слышит этот разговор и присоединяется к сказанному.
- Мы можем справиться с этим делом и без вашей помощи, - продолжал все тот же голос. - Сил у нас для этого достаточно. Но мы хотели бы провести операцию тихо, чтобы иметь возможность свалить вывоз ценностей на большевиков. Ясно? Им-то зачем грабить? Они здесь и так хозяева. Ну, так что, господин Апостолов? Согласны?
Апостолов молчал.
- Что, все еще не верится, что сокровища принадлежат не вам? Мальчик с бородой! Хи-хи-хи!
- А о семье моей вы подумали? - спросил Апостолов. - Что будет с детьми?
- Вас, детей ваших и вашу жену - она ведь молодая и красивая! возьмем с собою. На произвол судьбы не оставим. Через некоторое время переправим в Польшу. А оттуда - сто дорог. У вас, кажется, в Берлинском банке кое-что имеется. Не смогли эвакуироваться ни со Скоропадским, ни с немцами, ни с Деникиным. Ныне фортуна дает вам последний шанс. Решайте!
- Вы чрезвычайно информированы, - сухо заметил Апостолов, несколько оправившийся от первого испуга, который был связан с появлением в его кабинете странных незнакомцев. Павел Амвросиевич понял, что они заинтересованы в нем и не посмеют ни ограбить банк, ни убить его самого.
- Такова наша служба.
- Чрезвычайно информированы, - повторил Апостолов, словно не расслышав этих слов, и в голосе его прозвучала ирония. - Однако не совсем точно. Ни с гетманом, ни с Деникиным, ни тем паче с немцами я бежать из своего дома не собирался. Не собираюсь и с вами. Во всяком случае, мне надо еще как следует подумать. Моя цель состоит в том, чтобы сохранить ценности.
- Для большевиков?
- Для своих клиентов.
- Это благородно. Кстати, у вас лежат и бумаги моей супруги. Но вернемся к делу. Какая здесь стража?
- В данный момент